Вход
e-mail:
Пароль:
 
  Забыли пароль?
 Методология в России Вход Регистрация Архив сайта

Цитата месяца

«Однажды я заметил Райху, что у меня есть определение счастья. Он поднял брови, посмотрел на меня насмешливо и спросил, как я это понимаю. Я ответил: «Счастье есть осознание роста». Его брови опустились, и он прокомментировал: «Неплохо».

                                                                                       А.Лоуэн «От Райха к биоэнергетике»

 

Колонка редакции

Содержание журнала

Communicarium / Дискуссии / Предмет спора

Версия для печати

Судьба архива ММК: С.Котельников - реальность задачной проблематизации

Пробуем держать реальность с помощью задачной проблематизации.

 

            События и (вольные или невольные) поступки, сдвигают ситуацию дальше в направлении суда. Это послания В.Марачи и В.Даниловой, а также разговоры с жанром «встреча с интересными людьми в интересной ситуации», почему–то озаглавленные в программе Чтений «Дискуссия о дальнейшем содержании архива Г.П.Щедровицкого и доступе к нему».  В. Марача выступил, имитируя адвоката Фонда и морального свидетеля, В. Данилова свидетельствует на стороне Фонда. П. Щедровицкий заявил о намерении вернуть Архив как личную вещь, если придется, путем правоприменяющих действий.

            Думаю, что управление должно теперь принять, среди прочих, цель мыслительного обустройства Мд имитации суда.

            Но прежде нужно озаботиься о пространстве. Для удобства читающих этот текст схематизируем пространство как  экранное: перед экраном, за экраном и экран. Чтобы не утомлять саморганизацию зрителя, не замечающую экран, придется, поскольку зритель видит текст, выступить «свидетелем» от стороны подписантов в имитации протокола судебного заседания.

             Комментарий из позиции конструктора экрана. На экране упрощенный макет суда: адвокат-защитник, далее - АП, адвокат истца, далее – АФ, свидетели Д. и К., судья.

            Начало свидетельства Д опущено. Его, при желании, можно сымитировать, используя текст В.Л.Даниловой на этом сайте. Вопросы адвоката Фонда к Д. можно домыслить, используя ниже лежащий образец

            Сцена 1. АФ и свидетель Д.

            АФ. Можно ли так понять Вас, что обращение текстов в семинаре было ограничено  процедурой обременения: библиотечным учетом для текстов с кухни, выдачей при свидетелях в комнате с «лохматыми папками» и т.п.?

            Д. Да, именно это я имела в виду.

            АФ. Правильно ли понимать Вас так, что разграничительным процедурным признаком того, что вы назвали «Личным Архивом ГП» в «лохматых папках» была выдача текстов при свидетелях, а из библиотеки – по учетным карточкам?

            Д. Да, именно так. Этим операционально фиксировался их особый статус

            Сцена 2. АП и свидетель К.

            АП. Что Вы можете сказать о режиме обращения текстов в домашнем семинаре Г.Щедровицкого в период, указанный свидетелем  Д?

            К. Я пришел в семинар в конце 76 года. Режим обращения был свободный.

            АП. Что это значит? Можно ли так понять, что тексты передавались, выражаясь юридическим языком, без обременения, то есть без расписок, без учета, без свидетелей?

            К. Да.

            АП. Вы можете описать, как это происходило подробнее?

            К. Примерно в июне 77 года ГП выдал мне на руки набор папок количеством около 30 из стеллажа с «лохматыми папками». Никто этого не видел, не было ни расписки, ни учетной карточки.

            АП. Он доверял Вам?

            К. Я не был исключением, это было общепринято.

            АП. Зачем передавались папки?

            К. Для выполнения задания ГП на материале текстов в папках.

            АП. Можно ли так понять, что тексты в «лохматых папках» обращались свободнее, чем в кухонной библиотеке, где велся учет?

            К. При мне учета в кухне не было.

            АП. Были ли случаи пропажи текстов и папок?

            К. ГП часто ругался, что папки перепутаны или пропали.

            АП. Таким образом, Ваши показания прямо противоречат показаниям свидетеля Д, которая утверждает, что обращение было процедурно обременено, и в этом смысле ограничено. Как вы это можете объяснить?

            К. При мне этого не было, возможно, было ранее.

            АП. Известно ли Вам, что было после указанного свидетелем Д. периода работы семинара.

            К. В 78 году ГП переехал из этой квартиры на Петрозаводской. Мне было поручено спроектировать и реализовать систему записи семинаров  на кассеты вместо боббин, расшифровку и перепечатку, учет движения промежуточных материалов и факта выдачи продукта в форме машинописи обычно в 4=х экз. Система функционировала до 83 года.

            АП Что происходило с «лохматыми папками» на Петрозаводской?

            К. Когда я там появлялся, они стояли на полках без видимых перемен.

            АП. Зачем вы фиксировали факт и адресата выдачи продукта?

            К. Чтобы при необходимости помочь кому-то найти текст.

            АП. Являлось ли эта фиксация обременяющим документом, т.е. чем-то вроде расписки в получении.

            К. Нет, не являлась

            АП. Где сейчас находятся учетные листы?

            К. Оригиналы у меня. Копии - у Л.П. Щедровицкого.

            АП. Как раздавались машинописные экземпляры?

            К. «2 экз. передавались ГП, «для библиотеки», как он говорил, 1, либо 2 – автору, 4-й – чаще,  по указанию ГП, передавался конкретному лицу.

            АП. Вы знаете, где находилась «библиотека»?

            К.Думаю, что на новой квартире ГП, на Обручева.

            АП. Почему вы так думаете?

            К. Там все было завалено папками.

            АП. А как лично Вы пользовались текстами?

            К. Старался нужные мне испрашиваь у машинисток как 5-й экз. Они сопротивлялись, да и тухлое это дело – 5-й экз. читать, на очки денег не хватит. Брал у коллег, у ГП. Привык подробно записывать ход дискуссий. С началом игрового периода в 79 году, потребность в работе с текстами сократилась, хотя объем обработки пленок возрос. У меня на квартире стали оседать машинописные расшифровки игр, интенсивных проблемных семинаров, конференций  и пленки. Кажется потому, что на квартире ГП уже не было места. Набралось на 2-3 Жигуленка.

            АП. Правильно ли понимать, что, ввиду ограниченности числа копий, тексты и в вашей системе и в семинаре выдавались преимущественно для, как вы выразились, выполнения заданий на работы на их материале?.

            К. Да, хотя было и обращение  других типов: текст выдавался по просьбе, для чтения, при условии, что взявший его размножит. Это было трудно, ксероксы были малодоступны.  Пленки выдавались для прослушивания при условии расшифровки.

            АП. Что происходило с расшифрованными пленками?

            К. По согласованию с ГП, часть из них поступала для записи.

            АП. Были ли утраты, невозвраты и пр. пленок и расшифровок?

            К. Да, в значительном количестве.

            АП. Какие меры вы предпринимали?

            К. Сильно ругался и пытался наказывать невыдачей очередной порции при просьбе и даже при наличии задания ГП.

            А. Возвращали?

            К. Нет.

            АП. Можно ли так понять, что круг пользователей был вынужденно ограничен лишь незначительным числом копий? И если бы их было больше, то ограничения бы были сняты?.

            К. Да, несомненно.

            АП. Что было после 83 года?

            К. Не знаю, я прервал работу в ММК. Думаю, что наступил хаос.

            АП.  Где находятся пленки с записями и осевшие у вас на квартире машинописные расшифровки?

            К. В 83 году переданы в руки П.Г. Щедровицкому. Считаю этот свой поступок преступлением. Незнание прав вещей не освобождает меня от ответственности.

            Судья. Разве есть такие права?

            К. Есть. Они были мне неизвестны до 23.02.2007, до посещения встречи с интересными людьми, в т.ч. с П. Щедровицким. Мое преступление проходит по статье 1.

Комментарий конструктора экрана: смотри Приложение.

            АП. У меня все, Ваша честь (шепчет) Позовите психиатра.

Комментарий конструктора экрана. Макет адвоката не справляется с неожиданным выпадением свидетеля из правовой действительности.

            Судья. Что вы там шепчете? Вы дезавуируете своего свидетеля?

            АП. Нет, Ваша честь, это я поперхнулся.

Прения сторон. Суд удаляется для принятия решения

 

Сцена 3.

            Судья. Суд постановляет: зафиксированное защитником противоречие между показаниями свидетелей Д. и  К. усомневает наличие личного Архива ГП, как онтического объекта, доступного органам чувств и процедурам правоприменения. Дело направляется на доследование. Все арестованные материалы возвращаются в Хранилище. Судебное заседание объявляется закрытым.

 

Приложение.

Права  вещей.

 

Вещь и ее копия на любом носителе имеет право участвовать в номинации на  вещь культуры и, соответственно, на   следующие права на употребление. 

 

            Ст.1. Не передавай (в т.ч., не возвращай взятую) вещь без процедурно обеспеченных  (в документально защищенной и публичной форме) о непрепятствовании (в том числе, в форме организации технологий культурного и иного обращения) реализации проектов и программ культурного обращения (далее - Обращения) вещи.  

            Ст.2.Не препятствуй становлению и самоопределению субъектов надзора за реализации таковых гарантий.

            Ст.3. Не препятствуй организации защиты от правоприменения, которое может помешать реализации действий 1 и 2. Участвуй в формировании законов и общественных норм, утверждающих зафиксированные здесь права вещей.

            Ст.4. Не препятствуй проектированию, реализации, эксплуатации технологий обращения (и Обращения) вещей, не ограничивающих ее участие других в иных способах Обращения.

            Ст. 5. Публикуй намерения, цели, проекты, программы и т.п. реализации п.п. 1-4, и своего участия в реализации. Не препятствуй формированию общественного мнения, как фактора и института, способствующего их реализации.

            Ст. 6. Помоги тому, кто действует в соответствии с п.п. 1-5.

 

 

Комментариев (0)
Добавить комментарий: